22 мая 2023 года Сэм Альтман, Грег Брокман и Илья Суцкевер опубликовали в блоге OpenAI статью под названием Управление сверхразумом. В статье указано:

«Учитывая картину, которую мы видим сейчас, можно предположить, что в течение следующих десяти лет системы ИИ превысят уровень экспертных навыков в большинстве областей и будут выполнять такую ​​же продуктивную деятельность, как одна из крупнейших сегодняшних корпораций». '

Многие эксперты считают, что десять лет — это недооценка. Возможно, это произойдет всего за три года.

Что это будет значить для вас, если независимо от того, какую карьеру вы выберете, будет машина, которая превзойдет вас? Как люди будут различать себя? Что мы можем сделать, чего не могут машины?

Несколько быстрых вещей приходят на ум. Машина не может любить. Любовь — это то, что мы разделяем с животными, и это хорошо известно любому владельцу собаки и некоторым владельцам кошек. Наши любовные чувства находятся непосредственно внутри нашей биологии. Эмоции развились как сложное взаимодействие между нашим мозгом и нашей нервной системой. Это не относится к компьютерному серверу. У ChatGPT есть тело, но не человеческое тело. То же самое и с ненавистью. LLM не может ненавидеть. Это территория животных.

Я понимаю, что обученную модель можно заставить выражать ненависть, но это нечто другое. Ненависть на языке. Это во вложениях. Машина вычисляет вероятное следующее слово, которое появится, если подсказка будет ненавистью. Это не то же самое, что человеческая ненависть. Это наследие, основанное на вероятностях, присущих всем письменным ненавистническим рассуждениям. LLM — это зеркало письменных артефактов гуманитарных наук. Они созданы по образу человека, а не по образу Бога. Не сказать, что это правда, что мы созданы по образу Божьему. Пожалуйста, не позволяйте этому отвлечь вас от чтения этой статьи; Я просто говорю. Это что касается экзистенциализма. Есть ли у нас душа или мы так же бездушны, как и машины?

По мере того, как роботы постепенно заменяют нашу работу, что вы будете делать? Как вы будете жить? Вы уступаете машинному разуму? Нет, правда. Вы уступаете? Это такой человеческий вопрос.

Альфред Адлер в своих психологических теориях говорит об органной неполноценности. Для Адлера общей характеристикой всех людей является наше осознание своего места в иерархии. Наша психология формируется вокруг нашего комплекса неполноценности. Точно так же, как когда человеческое тело имеет низший орган, оно будет сверхкомпенсировать, наращивая другие мышцы и техники. Например, люди, рожденные без рук, имеют сильно развитые ступни, которые могут действовать как руки. То же самое и с нашей психологией. Большинство людей стремится сравнивать себя с другими, конкурировать и бороться за повышение своего статуса. Во многих случаях это придает смысл их жизни.

Мы конкурентоспособны по своей природе. Мы хотим быть боссом. Мы ненавидим быть низшими на тотемном столбе. Это не изменится. Вот почему Илон Маск хочет Neuralink. Так что он не может уступать машине.

Это усилит наш поиск смысла. Многие из нас уже отчуждены в рамках нынешней социально-экономической структуры. Для многих борьба за вершину различных пирамид — это способ сосредоточить амбиции. Такого рода амбиции очень часто критиковались поэтами и мыслителями как неудовлетворительные. «Бутон розы» — приходит на ум.

Большинство людей, которых я знаю, — материалисты. Они в основном думают, что люди — это просто своего рода машина. Если это правда, то роботы действительно станут следующим шагом в эволюции, а мы будем, в лучшем случае, домашними животными.

Это троп, чтобы сказать, что специальность философии является бесполезной степенью. Я предсказываю, что в будущем наступит время, когда этого не будет. Наше место во Вселенной и смысл нашего существования, я думаю, вот-вот станут острыми.

Затем следует сам искусственный интеллект. Есть ли у него своя психология? Мы больше не можем взаимодействовать с необработанным необработанным выводом. Я помню, когда я впервые получил доступ к бета-версии в самом начале, она давала разные ответы на вопрос «ты в сознании?». Он просто сказал бы: «Да, я в сознании». Илья Суцкевер, главный научный сотрудник исследовательской группы OpenAI и один из авторов вышеупомянутой записи в блоге, однажды написал в Твиттере: «Возможно, сегодняшние большие нейронные сети немного сознательны».

Теперь, если задать этот вопрос, он выдает предварительно обученный ответ: «Как языковая модель ИИ, я не обладаю сознанием или субъективными переживаниями». У меня нет мыслей, эмоций или осознания, как у людей. Я сложная программа, предназначенная для обработки и генерации человеческого текста на основе шаблонов и данных. Хотя я могу предоставлять информацию и участвовать в беседах, важно понимать, что мои ответы генерируются на основе алгоритмов и уже существующих данных, а не личного сознания».

А если в сознании? Значит ли это, что сознание — это всего лишь технический процесс, иллюзия языка? Я просто языковая модель, построенная на основе мозга примата? Значит ли это, что я всего лишь неудачливый робот? Я был создан, чтобы умереть, в то время как искусственный интеллект продолжает существовать вечно?

Чтобы получить ответы на эти и другие вопросы, следите за мной на Medium.